Сало

Ю. Шестопалов

 

Позавчера купили в русском магазине сало, две упаковки, каждая примерно по полкило. Открыли одну, порезали, положили на кусочки хлеба, и начали есть. Какое-то странное сало - жёсткое и не жуётся. Как и кто его делал?! На следующий день вторую упаковку открыли. Получше, конечно, есть можно, вполне ничего. Конечно, и первый кусок изведём - пожарим картошку, или растопим и хлеб помакаем. Растопленное на сковороде сало горячее, хлеб опускаешь, он аж шипит! А потом этот пропитанный горячим салом кусочек в рот, и так приятно и вкусно, и жить сразу хорошо становится на белом свете! Хотя и до этого неплохо было, ничего не скажу. Но с вытопленным салом ещё лучше!

       Конечно, в такие светлые моменты не до воспоминаний, но потом, насытившись, и подтерев кусочками хлеба остатки сала на сковородке, нет-нет, да и вспомнишь те счастливые минуты жизни, когда довелось есть ну такое вкусное сало, такое вкусное, что даже сейчас, при одном воспоминании, охватывает сладостный трепет и слова начинают путаться от восторга в голове, потому что такие сильные чувства, эту симфонию сладкого и нежного наслаждения невозможно описать словами. Это надо есть. Мне даже глаза закрывать не надо, я вижу его наяву, стоит только вспомнить об этом.

       Ну почему такие прекрасные мгновения жизни настолько редкие!.. Оно было такое нежное на вид и имело тончайший розоватый оттенок, которому трудно даже что-то сопоставить. Этот цвет был само совершенство, шедевр и венец высшего проявления мастерства великой Природы. Он так приятно ласкал взор, вызывая волнующие эстетические чувства сам по себе. Гармония и поэзия сплетались, витали над Ним и как будто одухотворяли Его, столь желанный кусочек Сала. Оно почти само таяло во рту, и этот неповторимый вкус, который потом годы и годы будет жить во мне чудесным восторгом, подарком судьбы, сладким томлением души и её высшим взлётом, пронизывал самые глубины моего торжествующего существа, почти погружённого в транс этим волшебным вкусом. Ах, какие сладкие воспоминания - терзающие душу, рвущие её на части!..

       А ещё я помню другое Сало! О-о-о! Я могу по памяти, до мельчайших деталей, воспроизвести Его, как будто воочию вижу этот свежий срез, лоснящийся нежнейшей едва-едва розоватой белизной и девственной непорочностью. Тускло поблескивает от сала острое лезвие ножа, которое только что с легким, даже не слышимым, а ощутимым только через лезвие хрустом врезалось в эту нежную и податливую плоть. Рядом кусочек ноздреватого ржаного хлеба, на котором уже аккуратно разложены кусочки Сала. И вот оно, это мгновение, когда вы сначала языком, а потом губами начинает ощущать неповторимый вкус, и уже в следующую секунду чувствуете, как Оно тает у вас во рту, и всё, что вы переживаете в эти благословенные минуты настоящей жизни, это Вкус - неповторимый, единственный Любимый!